Как важно, чтобы ждали нас за дверью,
Когда мы на приёме у врача.
Когда мы говорим себе: не верю.
Как важно чтобы ждали нас тогда.
Когда дрожит свеча и мало шансов
Из передряги выбраться живым.
Как важно, чтоб за дверью оставался
Тот человек, кому ещё нужны.
Нужны твои нелепые тревоги,
Твоих рассказов едкий в кухне дым.
Которому обязан тем немногим,
Но должен, потому что он один
Пришёл и ждёт. Сочувствует и рядом.
В двух метрах такт чтоб за тебя сказать,
Сказать, что нет таких проблем, задач и яда,
Который смог бы это разорвать.
Всё сводится как холода к капели
Весенней после самых лютых зим.
Как важно, чтобы ждали нас за дверью,
Чтоб возвращаться  к ним.

Ваня Якимов

Подпись автора

Те, кто читают книги, всегда будут управлять теми, кто смотрит телевизор. Фелиция Жанлис

Опять октябрь вступает в силу,
стучатся листья о стекло,
и жалко не того, что было,
а лишь того, что быть могло.
Ступени вниз темны и круты,
не остановишь ни одну.
Бежит песок, текут минуты,
и, как имущество в войну,
велит нам бросить отступленье
незавершённые дела.
Нет смысла расставаться с ленью
в час убывания тепла.
Зачем боялся я ушибов,
не помня истин прописных?
Стремленье избежать ошибок
опаснее любой из них.

Александр Городницкий

Подпись автора

Те, кто читают книги, всегда будут управлять теми, кто смотрит телевизор. Фелиция Жанлис

Ноябрь, милая!
Не спрятаться, не скрыться.
И словно пред бедой обнажены.
И лету нет доверия настолько, что не поручиться
За излечение теплом бессмысленной поры
Стихов и рефлексии.
Измученных пальто, заброшенных идей.
Вино/камин/кино не согревают:
Одна надежда на живых людей.
Одна надежда на живые руки.
Они, ты знаешь, никогда не лгут.
Одна. И можно продержаться вечер/вечность.
Поэтому я тут.
Катарина Султанова

Жене Ольге Остроумовой

Это уже по ту сторону жизни,
Это уже не земная любовь.
Это не то, что кипит, потом брызнет
Чем-то горячим, волнующим кровь.
Чьи же мой сон выполняет приказы?
Кто открывает другую главу?
Только не так, только не сразу,
Только в полёте, во сне, наяву.
Чудо-постель мы разложим по небу.
Номер. Отель. Это ты, это я.
Кажется мне, что счастливей я не был.
Сядь, посиди. Не смотри на меня.
Вечер- не вечность, Промчится
как миг новогодний,
Снег, поискрившись, сойдёт, не оставив следа.
Знаю, что очень люблю, что
люблю тебя очень  сегодня,
Завтра, быть может, не будет уже никогда.

Валентин Гафт

Подпись автора

Дефицит львов - не повод ценить шакалов

К белым звездочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплёт.
Снег идёт, и всё в смятеньи,
Bсё пускается в полет,
Чёрной лестницы ступени,
Перекрёстка поворот.
Снег идёт, снег идёт,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод.
Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака.
Потому что жизнь не ждёт.
Не оглянешься и святки.
Только промежуток краткий,
Смотришь, там и новый год.
Снег идёт, густой-густой.
В ногу с ним, стопами теми,
В том же темпе, с ленью той
Или с той же быстротой,
Может быть, проходит время?
Может быть, за годом год
Следуют, как снег идёт,
Или как слова в поэме?
Снег идёт, снег идёт,
Снег идёт, и всё в смятеньи:
Убелённый пешеход,
Удивлённые растенья,
Перекрёстка поворот.

Борис Пастернак

Подпись автора

Дефицит львов - не повод ценить шакалов

Я иду долиной. На затылке кепи,
В лайковой перчатке смуглая рука.
Далеко сияют розовые степи,
Широко синеет тихая река.

Я — беспечный парень. Ничего не надо.
Только б слушать песни — сердцем подпевать,
Только бы струилась легкая прохлада,
Только б не сгибалась молодая стать.

Выйду за дорогу, выйду под откосы, —
Сколько там нарядных мужиков и баб!
Что-то шепчут грабли, что-то свищут косы.
«Эй, поэт, послушай, слаб ты иль не слаб?

На земле милее. Полно плавать в небо.
Как ты любишь долы, так бы труд любил.
Ты ли деревенским, ты ль крестьянским не был?
Размахнись косою, покажи свой пыл».

Ах, перо не грабли, ах, коса не ручка —
Но косой выводят строчки хоть куда.
Под весенним солнцем, под весенней тучкой
Их читают люди всякие года.

К черту я снимаю свой костюм английский.
Что же, дайте косу, я вам покажу —
Я ли вам не свойский, я ли вам не близкий,
Памятью деревни я ль не дорожу?

Нипочем мне ямы, нипочем мне кочки.
Хорошо косою в утренний туман
Выводить по долам травяные строчки,
Чтобы их читали лошадь и баран.

В этих строчках — песня, в этих строчках — слово.
Потому и рад я в думах ни о ком,
Что читать их может каждая корова,
Отдавая плату теплым молоком.

Сергей Есенин, 1925

Подпись автора

Sex, drugs & rock'n'roll — не пороки, а лекарства… от паралича.